Найт Вейл

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Найт Вейл » Прошедшее » Жить вредно, от этого умирают (04.05.2021)


Жить вредно, от этого умирают (04.05.2021)

Сообщений 1 страница 21 из 21

1

1. Время действия: 8:00 - 9:00 утра, 4 мая 2021 года (вторник)
2. Погодные условия: Облачно, ожидаются осадки в виде зомби
3. Место действия: Найт-Вейл, бюро ритуальных услуг "42" и близлежащее кладбище
4. Участники: Moira Weber, Amelia Valmond, Max Crossman, Ned Collins, Abraham A. Addams
5. Сюжет:
"У жизни много непознанных сторон, но, пожалуй, чаще других перед нами встают вопросы типа "Почему люди рождаются?", "Почему умирают?" и "Почему в этом промежутке они стремятся носить электронные часы?". (с) Duglas Addams
Дабы не нарушать старые добрые традиции, первыми двумя вопросами и предстоит задаться мисс Вальмонд, а работникам похоронного бюро предстоит выполнять свои прямые обязанности в связи с безвременной кончиной родителей Амелии.
Никто из них не знает, что скоро у работников похоронного бюро появится чуть больше работы.


Очередность:

Moira Weber
Abraham A. Addams
Amelia Valmond
Max Crossman
Ned Collins

Отредактировано Moira Weber (25.01.2015 23:03)

0

2

Уже второй день подряд дела не шли. Точнее их было так много, что Мойра просто не знала, за какие браться сначала, какие оставлять на потом, из-за чего начальство рассвирепеет, из-за чего рассердится, а из-за чего просто расстроится. Вчера она бегала по больнице с опросными листами, вручала их больным с просьбой заполнить. Заполнили всего двое: парень-неформал в чёрном и проходящий мимо патологоанатом. Остальные орали на Вебер, просили книгу жалоб, падали в обморок и хватались за сердце. Нет, ну а что такого, скажите на милость? Там всего лишь были вопросы, наподобие "Какого цвета гроб вы считаете наиболее привлекательным?", "В северной или южной части кладбища вы выберете себе могилу?", "Сколько родственников вы пригласите на свои похороны?" и "Ленты на венки: философские мысли или чувства друзей?"
А сегодня начальству вздумалось посмотреть, как использовать землю кладбища с наибольшей эффективностью. Для этого нужно было отправить кого-то пройтись по немаленькому кладбищу и составить план-карту перестановок, технологию изменения месторасположения главного (и единственного) здания похоронного дома и составить сетевую модель со всеми сроками выполнения необходимых работ. Угадайте, кто должен был всё это сделать? На скромный вопрос "зачем?" директор предпочёл смерить Мойру высокомерным и снисходительным взглядами по очереди (страшная все-таки вещь - вебкамера) и отправить её бродить по кладбищу с блокнотом и ручкой в руках.
Когда она свернула на западную аллею, то уже просто валилась с ног. Она тупо ставила квадратики и крестики в блокноте, уже не помня, что с ними надо будет делать. Карандаш шуршал о бумагу, на улице щебетали птички, ветер, ещё недавно с увлечённым свистом теребивший деревья стих. Вебер подняла голову и вздрогнула - ведь всего пара шагов отделяла ее от столкновения с человеческой спиной.
- Фейхуовое эскимо! - выпалила декоратор от неожиданности, - И доброе утро.

0

3

Порой Абрахаму казалось, что все беды подлунного мира произрастают от земли. В неё проливаются цистерны крови, из которых произрастают виноградные лозы, в неё нисходят все помыслы и порывы человеческой души, пробиваясь наружу малахитовыми, а то и сиреневыми стебельками молодой, но сорной травы. И только на её непредсказуемой глади он и мог оставить следы, в свои... «периоды». Единственный цвет, который он не мог перенять, да по сути своей и не пытался - гнилостно-коричневый, торжественно-черный, замораживающе-желтый. С визгом пройдясь по подвернувшемуся гранитному зубу невидимого тролля, в чьей подмышке они собственно и обретались (у мистера Аддамса был свой взгляд на анатомию всяческих метафизических сущностей, как говориться, он мог себе это позволить), лезвие лопаты вырвалось наружу, как и парок от дыхания. Сквозь него, как и сквозь склонившегося над ямкой мужчину можно было смело смотреть на качающиеся купы деревьев.
Абрахам Аурелиус был спокоен и свободен, как удав сожравший кролика; давно разгадав замысел жизни - а следовательно не пытался ни преодолеть свои внезапные способности, ни найти их причину (во всем виновата радиация и быстро приготовляемая еда, которой ужинает смотритель буддийского монастыря), ни сдерживать. «Периоды» не мешали ему быть лучшим работником месяца по версии журнала «ЗахороНяшка - завтра мы придем за тобой», исправно попадавшего во все почтовые ящики города каждый четвертый четверг каждого седьмого месяца от Рождества Рождественской Индейки Глэдис, скоропостижно скончавшейся еще в зародышевом диске. Но мы же знаем, что её курлыкание было способно изменить мир!
Усмехнувшись, Абрахам размахнулся и всадил орудие своего труда в многострадальные покровы богини Геи, когда за спиной послышалось чей-то судорожный возглас.
- Спешите, мисс Вебер? Могила еще не готова. - Спокойно ответил на пожелание мистер Аддамс, даже не оглядываясь. Его работа не терпела спешки и непочтительности.

0

4

Все бы было так смешно если бы не было так грустно. Миа пришла в себя на следующий день после аварии и сразу бросилась в комнату родителей. Там было пусто. Как и на втором этаже их дома. Только снизу, из кабинета доносились голоса. Девочка бросилась туда, надеясь увидеть маму и папу, но уткнулась взглядом только в серьезного Макса и еще более чем обычно серьезного мистера Брауна. В комнате моментально воцарилась гробовая тишина. Все, что происходило потом, девочка помнила расплывчато. Крики и слезы от осознания происходящего. От понимания того, что это все было не просто кошмарным сном, от которого можно просто так проснуться с утра. А потом была пустота. Казалось, что слезы просто закончились. Хотелось, что даже голос давно закончился и вместо душераздирающих криков из горла вылетает тишина вперемешку со сдавленными хрипами и всхлипыванием. Подушка промокла от слез, а в душе стало пусто. И эта пустота разрывала изнутри, затягивала, расплывалась вязким чувством одиночества.
Когда просыпаешься с утра кажется, что ничего не изменилось. Миа часто оставалась одна, но теперь это было другое одиночество. Тот же дом. Та же мебель. Тот же вид из окна, только на кончике языка горький осадок одиночества с послевкусием смерти. И внутри становилось безумно больно. Макс сказал, что собирается на кладбище и ей стоило бы тоже поехать. Стоило бы? Вновь увидеть родителей? Умерших. От мыслей вновь все внутри все сжалось горьким комком. Девушка ехала на заднем сидении молча, рассматривая мелькающие за окном пейзажи. Тут когда-то в детстве она гуляла. А тут они с мамой ели мороженное, возвращаясь с музыкальных занятий. Столько воспоминаний, которые теперь эхом разносились в душе. Они погибли в той аварии. Оба бросили ее одну в этом холодном мире.
Машина остановилась напротив агентства ритуальных услуг. Родители обо всем позаботились. Даже дали указания по поводу их смерти. Словно ожидали чего-то подобного, но от этого становилось еще более паршиво на душе. Макс выпустил рыжую из машины и как раз в этот момент зазвонил сотовый. Амелия кивнула и направила по дорожке ко входу. Неподалеку начиналось кладбище. Выглядело оно как-то весьма жизнерадостно для такого места. Девушка с грустью посмотрела в сторону могил и сглотнула. Раздался звон колокольчика, как только девчушка приоткрыла дверь офиса, проходи внутрь. Тут было тихо. Хотя с другой стороны – чего тут шуметь? Миа стала осматриваться. Гробы и урны, урны и гробы. Все это казалось каким-то безжизненным. Хотя сейчас безжизненным казалось все.
– Кто-нибудь тут есть?

0

5

Работа телохранителя у Макса сильно отличается от работы других. Когда его нанимали никто не говорил, что придется работать еще и нянькой для взбалмошной девчонки, которой звезданутость ударила в голову. Но работа есть работа, и он даже почти привык к этому вечному чертовому колесу, что приходится крутится и выкручиваться, отрабатывая свое назначение. В принципе ничего сложного, и это, наверное, единственное что он умел делать, не считая хорошего кофе по утрам, и размалеванных фейсов тех, кто нарывался на его кулак.
И эта самая работа менялась у него на глазах, последние дни в агентстве происходит кипишь, все что то делают, бегают и стараются уладить проблемы. Вечный круговорот: люди есть - проблемы, человек умер- опять проблемы! Это видимо приколы Вселенной, которая не дает им расслабиться.
Макс не скотина, понимает, что девчонке сейчас тяжело, потерять родителей это не просто трагедия и драма, это значит остаться одной до конца жизни, по крайней мере без материнской опеки, которая порой так нужна. Предки Макса еще живы, и спокойно живут в тихом городке на побережье, куда он мотается в отпуск. Который выдается очень редко из-за работы, так как подопечную другим отдать сложно – не справятся. И сейчас Макс вообще переживает за ее психическое состояние, так как он с трудом вытащил ее из дома на похороны, родителям нужно отдать последнюю дань уважения и любви, каких бы эмоций и потрясений это не стоило.
Кладбище не лучшее место для разговоров, поэтому ехали они в тишине. Высказывать соболезнования в очередной раз было глупо, Амелия и так об этом знает, хоть и отмахивается, словно плевать ей на все и всех теперь, словно не понимает, что ее жизнь продолжается, и родители вряд ли бы хотели, чтобы она себя «закопала» вместе с талантом.
Звонок телефона заставил Кроссмана оставить дверцу открытой, Миа и сама могла выбраться оттуда. Звонил адвокат. Сейчас все дела касающиеся девочки решаются только через адвоката, это ведь не просто подросток, который остался без родителей, а восходящая звезда, и ее не хотят потерять, ей еще гореть и гореть.
- Поздравляю,- голос адвоката был странно бодр, и до удивления слащав, Максу это не понравилось сразу. Он вообще не любил юристов. Они ему напоминали крыс, которые пробираются везде, прогрызают себе дорогу в нужном направлении.
- Мне кажется не время и не место, - огрызнулся Кроссман. - Давайте поговорим потом, - он правда понятия не имел что ему уготовили, но лучше отложить это до вечера, ему и так хватает переживаний и работы. Во время разговора он все время оглядывался назад, следя за Амелией, что бы она не пропала из его вида, не хватало потерять ее на кладбище.
- Хорошо, развлекайся пока, - пошутил адвокат и отключился, оставляя парня скрежетать зубами.
- Сукин сын! - Макс сунул телефон обратно в карман пиджака. Тот сковывал его движения и это раздражало, хотелось просто расправить плечи выдохнуть. Напряжение не отпускало. – Амелия подожди, - он окрикнул Вальмонд, но уже было поздно, та скрылась в дверях похоронного бюро. - Блин, - пришлось ускорить шаг, что бы покрыть это расстояние шустрее, не хватало очередного сюрприза от нее, и так день не самый лучший.
Внутреннее убранство конторы его не интересовало, Кроссман поспешил на голос девушки, оказываясь с ней рядом, даже останавливая рукой, которую положил ей на плечо. Трудно быть ее охранником, она вечно что-то выкидывала с предками, а теперь кто будет слушать ее капризы?
- Кажется, здесь никого нет. - Ответил Макс «за призраков», видимо придется позаботиться, что бы их встретили. Номер представителя этой конторы у него был в контактах, так как переговоры о дне похорон пришлось вести ему. Мойра Вебер, так кажется было имя девушки, которая с ним связывалась.
Гудки в трубке не повод отключаться сразу, Макс терпеливый, рано или поздно ему ответят.

0

6

- Мистер Аддамс... - произнесла Мойра так, будто собиралась сказать "невероятно уважаемый и глубокочтимый сотрудник нашего похоронного бюро, Абрахам Аурелиус Аддамс", но случайно подхватила вирус лаконичности в сухом пустынном воздухе, - Вы уверены, что это предложение не стоило начать с "хэй, хэй"? Кстати отличная фраза для надгробия. Но сейчас не об этом. Наше начальство посетила очередная идея по модернизации участков и я боюсь что эту могилу придется переносить воон туда. Знаю, звучит неприемлемо и такое расположение совершенно нарушит гармонию неповторимого ландшафта территории и... и... - Мисс Вебер наконец захлебнулась возмущением, которое не могла высказать начальству, но могла поделиться переживаниями с Абрахамом и теперь молча тыкала ручкой в блокнот, причём каждое попадание на схему кладбища значило указание на стратегически важное место возможного захоронения, кладбищенские достопримечательности, старинные деревья, зарытые клады, места сборищ скучающих привидений, готов и котов.
От продолжения монолога Мойру отвлёк телефонный звонок. Декоратор загадочно помолчала в трубку ровно двадцать три секунды, так как очень редко клиенты ей звонили сами. Она просто не смела надеяться на то, что телефонные переговоры с неким Кроссманом, не розыгрыш, и что ей действительно предстоит встретиться с клиентом.
- О, вы на месте! Уже иду к вам! - торопливо ответила декоратор в трубку и повернулась к коллеге:
- Повезло Нам! Клиенты куда важнее, чем проекты! - И жестом приглашая мистера Аддамса исполнить служебный долг, Вебер быстрым шагом направилась к офису.
- Вы же мистер Кроссман? - не здороваясь, поинтересовалась Вебер, переступив порог. А зачем здороваться, она же и так рада видеть посетителей, и они это видят.
И вскинула голову, прикидывая рост клиента. Метр девяносто намётанный глаз дизайнера гробов измерил сразу, но остались неясные "с лишним". Женщина никогда не понимала, почему же лишние? Столько простора для творчества, невероятно! Совсем не лишние. Метр девяносто и чуть-чуть творчества. Да, так, пожалуй, лучше. Вебер подавила в себе желание сразу же уложить мистера Кроссмана в гроб, чтобы посмотреть, как сочетается его левая бровь с обивкой, если рисунок на ней будет в пузырики. Потом вспомнила, что-то из разговора и поняла что немного ошиблась. Клиентом был не мистер Кроссман а Вальмонд. Покопавшись в памяти и узрев наконец и саму Вальмонд, Мойра немного "зависла" - проблема избирательной памяти налицо.
- Аа… - значительно произнесла Мойра, - вы… Эээ… Клиентские услуги? Вы хотите сделать заказ? Присаживайтесь, могу я предложить вам чай, кофе, воды, бумажные платочки, водки?

0

7

Ему в принципе претила сама мысль о том, что расположение последних пристанищ для человеческих тел следует как-то планировать. В этом мире существует столько прекрасных вещей, появившихся словно бы сами собой, столько удивительных и будоражащих фантазию процессов - кислотный рассвет над болотами Амазонки, не менее кислотный дождь на равнинах Брунея, идеальный снегопад заключенный в стеклянный шар с покореженной статуей Свободы, набравшей с полсотни лишних килограмм в области бикини... И он справедливо сомневался, что хоть кто-то мог приложить к этому руку. Иначе пришлось бы искать столь величественного мастера по марионеткам и разговаривать с ним в более приземленных плоскостях. Так что нет. Абрахам предпочитал верить, что все в этом мире предопределено. И записано муравьиными следами на мощных скрижалях.
- Когда встанет вопрос где хоронить ваше начальство, мэм, я обязательно прислушаюсь к их пожеланиям. - Аддамс вытянул еще один пласт земли и отбросил её в сторону, чувствуя необходимость в пояснениях. - Раскидистый дуб обеспечивает тень. Разросшаяся плакучая ива скроет могилу от любопытных глаз. Темных расцветок надгробие... - но Мойра уже унеслась прочь, переговариваясь по телефону с невидимым заказчиком, тем самым развязывая Эйбу руки. Таков закон - каждый берет у ближних то, в чем нуждается и отдает то, что потеряло свою ценность. Мужчина не имел понятия, что за ростовщик заложил такой замысел в под краеугольный камень мироздания, но подчинялся ему со всей дотошностью. О произошедшей аварии гудел весь город и не нужно было иметь и семи пядей во лбу, чтобы предположить насколько девочке Вальмондов захочется быть у всех на виду.
Абрахам знал все доводы за и против, верил в утверждения, что время лечит и главное оставаться на плаву. Все верно. В земле трудно утонуть. В одиночестве - на порядок легче. Боль раздирает жвалами при каждом донесшемся сочувственном шепоте - Примите, мои соболезнования. А холод... он притупляет слух. Тень скрывает измученное сознание спасительным саваном.
И лучшей колыбельной слишком рано ушедшим будет шорох листьев. Следовало поспешать.
Абрахам поставил на край отмеренной могилы масляный фонарь, положил лестницу и вновь вонзил лопату в разверстую землю.

0

8

Amelia Valmond написал(а):

Как и все дети, наверно, Миа часто мечтала, что бы ее родители просто исчезли. Перестали ею командовать. Говорить что одеть и что говорить, что пить и есть, куда пойти и что смотреть. Это всегда очень раздражало, но в этом и были родители. Это как в старинном фильме, когда ребенок все-таки оказывается один. Сейчас происходило то же самое. Вот только у ее истории врят ли будет хеппи энд. Родители больше не скажут, что она не права, а она не накричит на них и не сбежит в комнату. Сейчас это как-то особенно удручало. Через пару дней и осознание, что рядом ни осталось никого.
Телохранитель положил руку на ее плече в тот момент, как она не моргая смотрела на одну из урн на полках. Не зачем-то, а просто так. Уйди в свои мысли и не ожидая ничего от окружающего мира. Ничего хорошего. Она чуть растеряно посмотрела на мужчину, пытаясь понять, что именно он от нее хочет. Она даже не обратила внимания, что зашла в агентство в одиночестве. Как это там называл ее психотерапевт? Маниакально-депрессивный невроз? Или что-то в этом роде. Амелия никогда не вдавалась в подробности, просто родители затаскивали ее в психотерапевту каждый раз после особо буйной вечеринки, где их дочь могла отличиться. Едва Миа смогла сосредоточиться на всем происходящем вновь, как в помещение вошла женщина, начав что-то громко говорить. Правда Миа не особо поняла даже и половины из того, что было сказано. Может быть там и не стоило что-то понимать, вот только рука Макса сжала ее плеча, в очередной раз вырывая ее из омута собственных воспоминаний.
- Что? – Миа тихонько оглянулась на девушку. – Да. Спасибо. – В целом на все и сразу ответила девушка. Кажется, во всех этих словах принимали участие слова чай и водка. Миа села в кресло, влекомая рукой телохранителя. Она не знала, что говорить. Просто смотрела на девушку и на Макса, время от времени окончательно не желая тут находиться. Ведь это последний шаг на пути ее родителей. Вот сейчас она что-то решил и сделает и все. От них в этом мире останутся только воспоминания. Ни слов, ни уговоров, не одергиваний за поведение. Ничего. Пустота. И этот шаг не хотелось делать. Хотелось убежать, оттянуть этот момент на максимальное время.
Не хочу ничего решать. Не хочу, чтобы их хоронили. Хочу, чтобы они вернулись.
Слезы сами собой потекли по ее щекам без стонов и рыданий. Голос давно сел и сейчас она либо молчала, либо срывалась в истерике чаще всего на телохранителя.

0

9

Терпение у мужчины было железным, и это все годы тренировок. Он уже несколько лет работает телохранителем этой «звездулины», и кстати сказать звезд наверное в ее голове было гораздо больше, чем во всем остальном, ведь не даром говорят, что все звезды звезданутые. Однако сейчас Макс понимает, что не самое удачное время вспоминать старые обиды, и лучше всего по быстрее закончить похоронные дела, не зачем растягивать похоронный марш в душе ребенка. Амелия ведь по сути еще девочка, у которой рано упали ограничения, и она шагнула во взрослый мир, и теперь она его ощутить по настоящему. Самому Кроссману хлопот тоже прибавится.
Благо долго ждать не пришлось, на телефонный звонок ответил женский голос, значит мужчина не ошибся. И что радовало в такой печальный день, сервис был на высоте, стоило только заикнутся, что они приехали, как им обещали быть, как можно быстрее. Сервис! Самое смешное, что к смерти человека относятся более серьезнее, чем к его жизни, это Кроссман успел понять за свое время в армии, и при работе по контракту, и ведь по идее он только и умел, что охранять и разбираться в оружие. Правда он еще не плохо варит кофе, но все секреты он выдавать не будет, это военная тайна.
Мисс Вебер впорхнула в двери офиса довольно быстро, Макс не успел даже посмотреть расценки на гробы и похоронную утварь, а может это даже и к лучшему, так как задерживаться они здесь не собирались долго. По состоянию Амелии мужчина видел, что долго она не продержится, как бы она не пыталась показывать взрослой и стойкой. Ребенок.
Как раз ребенок сейчас витал в своем мире, из которого Амелию пришлось выдергивать прикосновением, встряска здесь точно не поможет, он ведь не зверь, прекрасно понимает, что девчонка сейчас на переломе своей судьбы, а перестройка жизни всегда ломает людей, либо делает их сильнее. Его задача, как телохранителя, не дать ей наделать глупостей и ошибок, и почему у него предчувствие, что теперь он точно превратится в няньку. Мимолетно замечание начальника утром, только еще больше заставило нахмурится Кроссман, он выдернул несколько слов, из прошлого разговора и не обрадовался, видимо значение до него дошло только сейчас. «Присматривать!», это не просто охранять, его задница чует, что в рабочих сутках теперь будет сорок восемь часов.
Пока Макс усаживал Амелию, Мойра огласила список своего гостеприимства, лично Кроссман не отказался бы от водки, но он работе, значит либо чай, либо кофе. Кофе не помешает сейчас девчонке, или лучше успокоительного, но ни как не спиртного.
- Не откажусь от кофе,- мужчина улыбнулся как мог в такой ситуации,- И хотелось бы как можно быстрее организовать …,- Кроссман осекся,-Воспользоваться вашими услугами, - поправился он следом, так как слово «похороны» вызывало определенную реакцию у его подопечной, а ему сейчас истерика не нужна, хотя бы до ворот дома добраться бы в тишине. - Можно два кофе, и в один пару капель коньяка, - мужчина не стал уточнять для кого это, при этом он старался не дать Амелии сорваться куда ни будь, и снова погрузится в свой мир,- Немного кофе тебе не повредит, - обратился он к ней, садится не получится, иначе придется убрать руку с ее плеча.

0

10

Выбор клиентов необычайно порадовал и удивил мисс Вебер. Удивленная мысль "Откуда он знает, что у меня есть коньяк?" исчезла столь же стремительно, как и появилась.
- Конечно, я вас понимаю. - Мойра "восьмеркой" обошла мистера Кроссмана, кресло, один из десятка сделанных на заказ гробов и добравшись до небольшого закутка с кухонной утварью, поставила чайник. Затем вернулась тем же путем, и, сев за свой стол, обвела рукой кресло и стул, предоставляя клиентам открытость и гостеприимство. Стол Вебер - это отдельная история: поговаривали, что если хорошенько покопаться в наваленных на нём вещах, можно обнаружить даже подлинники блокнотов Леонардо-унд-Винчи. Мойра на такие заявления лишь таинственно улыбалась, подражая его знаменитой Мейне Лизе. Сама же декоратор прекрасно ориентировалась в этом хаосе, тщательно его обновляла и делала перестановки, так что если бы кто-нибудь додумался просто сдвинуть какую-нибудь вещь, то рискнул бы вызвать тайфун негативных эмоций, злобных взглядов и обречение себя на насильственное закармливание неудавшимися, даже с точки зрения женщины, кулинарными шедеврами. Легким движением фокусника, извлекающего из шляпы кролика, Мойра сунула руку в залежи на столе и, достав список клиентов, принялась изучать его. Фамилия Вальмонд значилась в списке одной из первых. Вальмонд...
В мире, где теория вероятности злостно насмехается над здравым смыслом, возможно всё. Случается, что монетка двадцать раз подряд падает решкой вверх. Случается, что эта монетка отскакивает в сторону и попадает прямиком в глаз матерому уголовнику, который вовсе не рад подаянию и достает тесак размером с бедро взрослого мужчины. Возможны даже полеты зеленых свиней мимо окон небоскреба, пусть это и значит, что толпа накуренных художников-абстракционистов решила устроить вызывающую инсталляцию.
Так и мисс Вебер временами страдала избирательностью памяти. Возможно это умение досталось ей по наследству, а может быть это была просто черта характера. Так или иначе, но воспоминание об одном дне из жизни приходящей няни столь глубоко закопалось в мозг декоратора, что категорически не желало вылезать даже несмотря на то, что тот самый рыжий объект наблюдения сейчас находился прямо под носом. До сих пор. Поставленный чайник восторженно засвистел.
- Вальмонд, - наконец сказала она, после чего еще раз повторила знакомую фамилию и перевела взгляд на девочку. - Видите ли, дело в том, что ваши... - декоратор осеклась, подбирая подходящие слова, а заодно решительным шагом отправилась к чайнику. - Дело в том, что здесь уже указана и дата, и время и даже наш супер-профессиональный гробовщик уже почти подготовил могилу, однако здесь не заполнен пункт о том в каком виде клиенты предпочли захорониться. У нас видите ли имеет место быть страхование против случаев несанкционированного восстания из могил. - Мойра смахнула на пол мешающиеся эскизы платьев плакальщиц, поставила на стол две чашки кофе (в одной из которых была энная часть коньяка) и безобидные песочные печенья-черепушки с вишневым конфитюром. От дальнейших комментариев декоратор решила пока воздержаться.

0

11

Абрахам оттер лоб рукавом и выбрался на земной эпителий, чувствуя себя славно потрудившимся. Постучав ногтем по масляному фонарю - не то привычка, не то нервный тик, а может все и сразу? - убедившись что тот не горит. Кто-то сведущий непременно бы высказался, что для этого есть куда более очевидные причины, например отсутствующее масло. Но такие люди обычно не задерживались в городке. Заумников никто особенно не любит, так-то.
И кому как не мистеру Аддамсу быть в курсе, что огонь может появляться в любом месте и в любое время, находя себе положенную еду даже там, где её не может быть.
Он обтер тряпкой лезвие лопаты, вытащил лестницу из могилы и сполоснул руки у ближайшей колонки. В отличие от многих обывателей ему не претило жить на кладбище - только здесь и можно было остаться наедине со всеми мыслями, скелетами и призраками прошлого. Они уже сейчас клубились в уголке его глаза, намекая о назначенной аудиенции.
Прогорклый весенний воздух встал комом в горле - мужчина закашлялся и закутался в извечный разноцветный шарф, в поисках успокоения скользя подушечками пальцев по старым добрым именам. Выудил из кармана пальто запакованный в вощенную бумагу бутерброд и выжидательно замер.
Писк не заставил себя ждать, деловито выкатившись из кустарника, как будто и сидел там все время - покачивая обширной задней частью (в случае намокания, трогательно сдувавшейся, как и у любого иного непропорционально пушистого зверя), енот подобрался к человеку, опустил хвост на землю и придирчиво взглянул на ровный прямоугольник вскопанного дерна.
- Вальмонды. - ответил Абрахам, откусывая хлеб и протягивая «питомцу» огурец. Когтистая лапка споро сцапала ломтик, Писк занялся методичным скусыванием жесткой шкурки, прежде чем подняться и обойти могилу кругом. У всего был свой порядок и ритуал. Гробовщику было неведома сила, заточенная в грызуне, но из той земли, по которой ступала его тушка, обычно никто не поднимался. Необычно, то есть вперед ногами, тоже.
Писк потянулся и облизнул бандитскую мордочку, запрыгивая на ближайший могильный камень. Посмотрел на своего кормильца и распластался на выеденном ветром граните, пуша шерсть в ответ на прикосновения солнечных лучей, подзаряжаясь после непростой работенки.

0

12

"Похороны – отличная возможность хорошо провести время. Ничья смерть не способна заставить грустить людей дольше, чем до того мгновения, когда в их жизнях случится чудо." - Сообщает путеводитель по Найт Вейлу неизвестного автора.
Это особенно актуально, когда по вашей ноге без предупреждения решает скользнуть Нечто. То ли гибкое, то ли склизкое, то ли просто холодное на ощупь, с явно злобными намерениями на секунду обвилось вокруг лодыжки гробовщика, а потом, по неясным причинам, исчезло с издевательским шуршанием в кустах.
Спустя несколько минут со стороны бюро ритуальных услуг послышались отдалённые завывания и это была не пресса: не повезло одному из медбратьев, подрабатывавших на кладбище носильщиками. Они приехали и привезли "клиентов", когда ближайшее надгробие зашевелилось. Помотавшись из стороны в сторону, будто занимая позицию низкого старта, оно вдруг начало раскачиваться маятником вперёд и назад, то надвигаясь и угрожая заехать надписью "Жорж Людовик Ибрагим Вася XXIII-ый" прямо в лоб одному из мужчин.

0

13

Когда градус скорби в воздухе стал превышать градус алкоголя в кофе, Мойра подумала, что на месте покойных она мечтала бы совсем не о таких похоронах. А ведь в силу профессии Вебер посчастливилось повидать много разнообразного креатива на подобного рода мероприятиях. Чего стоили похороны одного русского криминального деятеля - все гости, дабы оставаться неузнанными и отдать дань национальной традиции усопшего, явились в костюмах матрёшек.
Вебер кивала, делая вид, что слушает и со всем соглашается. Так проще: и заказчики довольны, и есть время подумать: она надеялась, что мистер Кроссман и мисс Вальмонд не воспримут ее вопрос, как намёк на то, что бывшие клиенты могли оказаться настолько недовольны, что решили самостоятельно потребовать от похоронного бюро объяснений и неустойку.
Когда же заказчики в один голос заявили о кремации, декоратор расстроилась - бумажной волокиты будет в три раза больше, так как похороны явно откладывались. Но, поразмыслив, утвердилась во мнении, что быть скромной горсточкой праха в изящной урне гораздо комфортней, чем лежать в гробу и глядеть в окошечко.
Мойра достала из залежей на столе еще какие-то бланки и протянула их мистеру Кроссману со словами:
- Хорошо. Можете заполнить их, а я пока узнаю в порядке ли крематорий. - Вебер сунула ноги в туфельки, которые успела скинуть под столом, пока слушала и рисовала, и направилась к двери, чтобы предупредить носильщиков.
- И насчет прессы можете не беспоко... - женщина замолчала, стоило ей открыть дверь и выйти наружу. Она дала себе ровно секунду на осознание происходящего.
"Бедный Жорик", - мелькнула в голове Мойры заблудившаяся мысль, поозиралась в поисках сестёр, поняла, что вокруг одни тараканы, испугалась и выползла через ухо.
- Семь часов, полёт нормальный, - пробормотала декоратор, наблюдая, как мысль ярким светлячком метнулась куда-то вбок.

0

14

Amelia Valmond написал(а):

Похороны, соболезнования, скорбь и черные одеяния. Как же это все достало уже Амелию. Плакать не было слез, кричать не было голоса, бороться не было сил. Хотелось просто забиться куда-нибудь подальше от всего этого мира и чтобы никто не мог выцепить ее из под этого тяжелого покрывала самоуничижения и опознавания ничтожности и одиночества. Она редко оставалась надолго без родителей. Хотя прошло всего несколько дней, бывало ведь и неделю не виделись, но сейчас все было иначе. Она просто где-то на задворках сознания понимала что это не на неделю, что это навсегда и бесповоротно.
Макс пододвинул ей чашку с кофе, но задумываться даже не хотелось. Там коньяк, водка или что-то там еще, не имело это никакого значения. Миа взяла в руки чашку с обжигающим напитком, а тем временем девушка за столом протянула какие то бумаги Максу. Не хотелось даже вдаваться в смысл, но решать без нее он не мог. Рыжая устало взглянула на мужчину. Вроди бы было только утро, но по телу разливалась веская парализующая лень ко всему происходяшему.
- Спасибо. – Миа произнесла одними губами, делая очередной глоток. К чему именно из его слов это относилось? Ко всему в целом, к его теплой ладони на плече к которой хотелось прижаться сейчас щекой и просто закрыть глаза. Она ведь не хотела выходить из дома вообще, хотела закрыться, но ее вытащили. «Ты должна отдать последние почести родителям.» «Пойми, они уже не вернуться и ничего не исправить.» Разве эти слова ей неизвестны? Или она не знает, что ничего не исправить. Она прекрасно все понимает, но ведь это ничего не изменит, все это понимание. В горле застрял ком, который мешал даже вздохнуть. Мешал сказать слова благодарности даже этой девушке, которая сейчас сидела перед ними и пыталась помочь уладить дела и отдать последнюю дань ее родителям. Амелия вздохнула. Бумаги в руках мужчины. Девушка протянула хрупкую руку и взяла их, устало пробегая взглядам по ровным строчкам напечатанных букв.
- Мисс Вебер, могу я посмотреть на то место, где будут …. – Миа сглотнула. Слова витали в мыслях, повисая на кончике языка, но совершенно не хотели вырываться в этот мир. Рыжая так и продолжала бы смотреть невидящим взглядом в листы официальных бумаг, вот только снаружи донеслись какие-то не слишком правильные для кладбища звуки. Тут не должно быть так весело, и так шумно. Может быть девушка не просто так упомянула о том, что тут и покойники могут вставать из могил. Миа с испугом посмотрела на Макса. Внутри все похолодело, а сердце пропустило удар и другой. – Что происходит?

0

15

Кофе не плохой, это мужчина отметил про себя, хотя он и не пробовал никогда настоящего, времени нет стоять и обжаривать зерна, молоть их и заваривать в турке. Макс использует уже молотый кофе, и не очень уверен что он настоящий, если блевать от него не тянет – пить можно. От того что он пил не хотелось выплюнуть содержимое желудка, а это значит что все нормально, осталось только в девчонку влить чашку с коньяком, подписать документы и ехать домой, так как весь день торчать на кладбище он не планировал, да и Амелия вряд ли здесь будет отдыхать, и так похожа сейчас на моль. Максу очень жалко девочку, никто такого не заслуживает, даже если плохо себя ведет, родители это святое, и пусть их не выбирают, но они любят своих детей. Хотелось покончить с этой процедурой как можно быстрее, а то уже и Макс сейчас начнет нервничать и дергаться, переживая за моральное состояние Миа.
Большая часть проблем ложилась на плечи Макса, он вообще не предполагал, что телохранитель будет нянчится с девочкой, или решать вопросы о ее родителях, нов данный момент никто другой не мог. Ситуация вообще складывалась не понятная, никто толком не знал еще что будет дальше, у директора компании был план, но в детали Кроссмана не посвящали. Возможно работай с Амелией он несколько месяцев, то было все гораздо проще, но уже не первый год охраняет ее, и вытаскивает из всяких передряг, порой кажется, что ему вменили роль старшего брата, только пороть нельзя и кричать. А так, он имеет право закинуть ее на плечо и унести домой из клуба, ему никто ничего не скажет, и между прочим, чаще так и бывает, именно таким способом он ее и доставлял домой. Но последние дни все наоборот, ему приходится выцарапывать девушку из своей скорлупы, что бы она дышала вне дома, а впереди еще концерты и записи.
- Хорошо,- мужчина кивнул девушке, заглядывая в документы, которые требовалось подписать, даже похоронить без бюрократии никого нельзя, и это его немного подбешивало. Хотелось все закончить, и он надеялся, что это последняя стопка документов, которые им пихают под нос. Складывается ощущение, что похоронное бюро собирается поставить урну на Марсе, отсюда столько волокиты.
Кроссман подтолкнул бумаги поближе к Амелии, вроде бы там не было ничего сложного, просто ему не хотелось еще больше травмировать девочку этими хлопотами, и его порадовал тот факт, что прессы не будет, ведь ему только что пообещали, и заверили, что не стоит беспокоится. Вот только мисс Вебер как то подозрительно скомкала окончание своей фразы, что Макс внимательно на нее посмотрел и проследил за ее взглядом, который был направлен за пределы офиса.
- Что происходит? – этот вопрос он задал почти одновременно с Амелией, но вместо того, что бы кинутся к дверям и узнать, Макс закрыл собой девочку, вставая на пути любой опасности,- У вас каждый день так весело? – похоронное бюро должно быть тихим местом, и уж точно здесь не должно быть активных действий, криков и прочего, что могло бы создавать шум. Кладбище – место для скорби по усопшим, а не для вечеринок готов, или кого либо еще, не место для шуток. – Оставайся на месте,- приказал охранник подопечной, сам же напрягся, все еще ожидая объяснения от мисс Вебер, хотя его терзали сомнения, что это как раз тот случай про который шел разговор, что местные «клиенты» торопятся поблагодарить своих гробовщиков. – Черт! - выругался он, этого им только и не хватало. – Буйные у вас смотрю клиенты? Чем справляетесь? – вряд ли подойдет его берета.

0

16

Если бы владелец газеты "Найт Вейл Дэйли" вопросил с утра у хрустального шара, что готовит ему будущее, то узнал бы: на день намечены длительные ссоры и препирательства. Но для этого и шара не требовалось. Сегодня Коллинз был полон сил, энтузиазма и даже на работу пришел раньше обычного, правда, с легким похмельем , но это не важно. Идеальное настроение для работы. Так было сначала, а сейчас он от скуки курил электронную сигарету у себя в кабинете. "Расчленённая муха в консервах, разве это сенсация? Не крыса же с комками меха или человеческая рука. Муха. Это не то, совершенно не то. День Города. Хорошо, но обычно. Где сенсации, интриги, скандалы, расследования? Вселенная просто обязана исполнить мое желание. Мне нужны события достойные первой полосы газет. " Энергия кипела в нем и требовала выхода. Нед тратил ее на создание тумана с ароматом Хунесси в пределах одной комнаты.
Все изменилось, когда ему пришло письмо. Простой бежевый конверт и на нем его имя черными чернилами. Сердце забилось в предвкушении, ведь все может быть. Быстро прочитав письмо Коллинз в который раз убедился, что Вселенная любит его: "Городское кладбище, заброшенный склеп. Некто в темноте, лежит на холодной земле. Что же это? Как же это? Похищение и двойное убийство случилось! Анонимный доброжелатель."
Если бы Вам предложили сплясать джигу на раскаленных углях или пройтись босиком утром дождливого понедельника по краю Радонового каньона раз где-то тринадцать в квадрате туда и обратно – что бы Вы выбрали?
По дороге к секретному проходу на кладбище (его не очень-то жаловали местные работники, и секретных проходов Нед подготовил достаточно) не потребовалось никаких навыков работы консультирующим детективом и никотинового пластыря, чтобы понять, что подобную прогулку решил предпринять не он один. Следы явно были свежими. Это уже было интересным. Вооружившись камерой на манер заправских святолесских операторов (чтобы в кадре все тряслось и вращалось), Нед уверенным шагом двинулся в сторону горизонта событий.
На очередном повороте в одном из бесконечных могильных перешейков, мужчина налетел на нечто мягкое, живое и не подготовленное к столкновению с Великим на пространстве шириной в шестьдесят сантиметров.
- ...ять! - совершенно искренне возмутился Коллинз. - То есть: звезда в шоке. Вы мне оборудование чуть не сломали! - Потерев синяк, образовавшийся от слишком плотного соприкосновения глаза с видоискателем, репортер попытался рассмотреть, кого он так удачно уронил на землю. Может быть,Ту Самую Легенду?
- А барсук-то откуда? Ладно, не важно. - Вспышка осветила свежеразрытую могилу.
Когда же шорохи за спиной стали настолько отчетливыми, что сумели наконец отвлечь Неда от объекта фотографирования, было, разумеется, уже поздно пить Эвиан - из склепа, поскрипывая, медленно выбиралась обмотанная бинтами мумия. В воздухе разливался специфический сладковатый запах. Состояние бинтов, а также красно-бурые подтеки на них в некоторых местах заставили Коллинза прийти в флегматичному выводу - не египтянин, новодел.
- Весьма натуралистично. Неужто сторож решил на старости лет в искусство податься? И часто у вас тут бывают гости с того света? - поинтересовался Коллинз у гида-добровольца-не-подозревающего-что-он-гид-доброволец.

0

17

Все когда-нибудь кончается, в особенности перерыв на отдых - Абрахам скатал бумагу в комок и сунул в карман, придерживаясь правила, что на погосте лучше ничего не оставлять. Обычно говорят про не брать, не вносить в дом, но со стороны Аддамса не меньшим проявлением невежливости были и попытки внести жизнь на кладбище. Одного человека, выступившего с предложением, далее цитата без цианистого калия: «А можно как-нибудь оживить могилку моей возлюбленной тещи» - сердобольный гробовщик огрел превентивным ударом в солнечное сплетение, отправив считать муравьев у ближайшей скамейки. Большая настойчивость повлекла бы за собой полнокровный суд Линча, на организацию которого у любого служителя заступа и лопаты было неотъемлемое конституционное право. И не менее весомое лево, поскольку слабакам тут было не место.
Себя к ним, Эйб естественно не относил, поэтому, когда его с легкостью сбили с ног, он очень удивился.
- Жестокий - твои слова острее пули! Они мне... гордость трам-пам-пам погнули, - в первоисточнике речь шла про девичье сердце, коим Абрахам не владел, поэтому он позволил себе поиздеваться над текстом, как ничто иное внятно описывающее ту позу, когда мужчина падает под ноги другому мужчине. В принципе, следом должен был идти какой-нибудь мудреный перекат и пинок, но Аддамсу стало как-то не до того. Яркая вспышка, нагловатый тон - человек явно решил раскачать равновесие кладбища и ему это удалось!
- Следующая партия должна прибыть только двадцать девятого февраля, - произнес Абрахам, медленно растворяясь на местности (демонстрировать всем, как он перетекает в позу священной собаки, а там уже с поскрипыванием встает, было как-то не комильфо для реноме), а потом «образуясь» возле настороженного Писка, даже успев отряхнуться от земли.
- Если жизнь дорога вам, бррр... в общем, шевелите оборудованием, мистер, сегодня им забыли предоставить ногтевой попкорн. - Енот с возмущенным верещанием был сдернут с постамента, со свистом поднялось в воздух пальто и с внушительным лязгом в камень врезалась лопата. Мистер Аддамс знал, что делать с недовольными клиентами, но сие знание было крайне... теоретическим. Недовольные его трудами обычно жаловались лишь профсоюзу червяков-трупожоров, а те, в виду категорического засорения печатной машинки никак не могли закончить букву «эпсилон» в слове«Заявление».
Чтобы уже только потом начать сомневаться о принадлежности одного к другому.
- Вероятность выживания двоих стремится к нулю. Нам нужно больше людей, чтобы исправить эту несправедливость!

0

18

Вообще, ойкать мисс Вебер не любила, всегда считая это занятие недостойным и подходящим только пугливым, глупым девицам, но сейчас была особая ситуация. В конце концов не каждый день такое увидишь: ближайшие могильные плиты подозрительно колыхались из стороны в сторону, а благопристойно подстриженные деревья изображали штормовое предупреждение исключительно собственными силами. Попросту говоря всё в радиусе двухсот метров, включая брови Мойры как-то нервно дёргалось, и именно по этой причине она не спешила с ответом на вопрос "Что происходит?" Все присутствующие были полны энтузиазма. Голодного такого энтузиазма, немного смахивающего на озверение. Одним словом, они шли. Сзади, подвывая и бормоча что-то аппетитно-жуткое, за ними брела целая делегация анорексиков, и это подгоняло всех лучше любого стимула. Оказаться в окружении этих психов Вебер точно не хотела. И очень-очень надеялась, что с гробовщиком все будет в порядке.
"Да поможет ему лопата!" - Вебер захлопнула дверь но закрывать ее не стала, а достала с полки над столом книгу с правилами кладбищенской безопасности и принялась методично листать страницы, пока не добралась до закладки на странице "Действия при атаках зомби". Единственный параграф, некоторые буквы в котором стерлись, гласил: "Если Вас отрезало толпой зомби, попытайтесь найти выход. Не открывайте двери, если в них ломятся зомби. В...спользуйтесь ирландским пивом или исполнением муз...и.. в окт...си.....ль. Если выход найти не удалось, сохраняйте спокойствие и ждите а) спасения или б) смерти.
Бухнув книгу с открытой страницей на стол, декоратор вошла в состояние броуновского движения: заказчики могли наблюдать, как Мойра метнулась вглубь помещения, откуда тут же послышался звон посуды, звук падения какого-то музыкального инструмента и непередаваемый местный диалект.
- Итак, - ей, вроде бы, удалось сохранять жизнерадостный тон, несмотря на недоумение, когда она выбралась из каморки со скрипкой в одной руке и банджо в другой (не хватало ещё, чтобы люди подумали, что с Мойрой или, ещё хуже, её любимым кладбищем не всё в порядке). - Кто из вас умеет играть на этом?

0

19

Амелия была в состоянии великого «НИЧТО» в том смысле, что ее ничто не волновало. Ну во всяком случае ее мозг предпочитал абстрагироваться от внешнего мира, тем самым погружая девушку в состояние комы. Наверно это было к лучшему, потому что на все происходящее и без того потрепанный успокоительными мозг девушки взирал через дымку, которая окрашивала все в приятные разводы и замедляла реакцию. Будь сейчас мисс Вальмонд в своем обычном состоянии, стекла, бутылки и чашки давно бы разлетелись в дребезги от голоса, как и барабанные перепонки, ибо визжала рыжая так, что вынести это было весьма сложно. Но все что не делается, все к лучшему. Она смотрела на Макса усталыми глазами в то время как ситуация явно набирала обороты, судя по реакции мисс Вебер. Они ведь знакомы? Да? Что то такое крутилось на краю сознания с участием этой особы. Что то до боли знакомое и давно утерянное за сотнями съемок и записей в студиях. Что-то, что должно было быть таким дорогим для нее воспоминанием. Макс сказал ей не дергаться, да она и не собиралась. если только вцепиться в его плечо, чтобы в очередной раз спрятаться. Судя по лицу телохранителя происходило что-то на самом деле из ряда вон выходящее. Просто так Макс не дергался. Они уже друг друга слишком хорошо знали.  Если бы была возможность задуматься над происходящим, то Амелия много бы вариантов могла предположить, от вполне логичных, до совершенно абсурдных, но  мысли упорно не хотели собираться в кучу, а глаза так и желали просто закрыться. Но, как и любой мечте этому было не суждено исполниться, потому что женщина вдруг сорвалась, засуетилась и приволокла в комнату какой то музыкальный инструмент. Рыжа посмотрела на нее с некоторым недоверием к ее адекватности. Хотя эту мысль тоже поглотило кофе, превратившееся в какую то кофейную вязкую жижу в ее мыслях, которая непонятно что хотела выдать в сознание.
- Вы сошли с ума? Может стоит вызвать полицию? – Единственное разумное, что смогла выдать девушка. Хотя, если смотреть на всю ситуацию разумного в ней было куда меньше, чем в струнном инструменте, который предложила Мойра. Мозг было начал суетиться над идеей бежать подальше, но мысли завязли и запутались и их хватило лишь на то, чтобы посмотреть на макса, как на последнее спасение. Настроение менялось быстрее чем погода и к горлу опять подступала истошная истерика на все происходящее в жизни девушки.

0

20

От его береты точно мало толку, и Макс не представляет как можно убить то, что давно сдохло, ведь по идее из под качающих надгробий вряд ли появятся симпатичные котики и милые щеночки. Что то подсказывало Кроссману, что дело совсем дрянь, что лучше бы хватать девчонку и давать деру отсюда, но совесть не позволяла оставить людей беде, все таки чувство долга у него развито гораздо сильнее, чем чувство самосохранения. А вот сохранять Вальмонт нужно, это его работа, и обязанность, никогда не наешь какие сюрпризы подкинет жизнь, в этот раз она что то расщедрилась.
Если бы он столкнулся с обыкновенной угрозой, то и так понятно было бы, как гасить наезд придурков, им достаточно было бы даже свернуть шею руками, или перебить коленные чашечки, что бы они не могли двигаться. А как вести себя с вставшими мертвецами Макс не знал, но видимо пора уже изучать и эту науку, вот только как и где в данный момент брать помощь? Стоило выглянуть в окно, как сразу приходили мысли об Апокалипсисе, и кажется они будут его счастливыми участниками, но только через труп Кроссмана. Он не может допустить себе ложануться с девчонкой, и вообще он не планировал подыхать так рано.
- Что есть против них? – мужчина ткнул пальцем в сторону двери, но ничего ясного не услышал, работница этого бюро решила поискать подсказки в книгах, так что Максу пришлось ждать ответа, а время сейчас на вес золота. Хороший вопрос, что у вас есть против тех, кто уже умер? Пока он не получил ответа на свой вопрос, то решил действовать на свое усмотрение, собираясь забрикадировать единственный вход в здание, дальше будет думать, как им противостоять. Пришлось потащить к дверям стол, далее положить на него стеллаж с бумагами, Макс мог бы и сам подпирать эту дверь, но должен стоять около Амелии, вдруг другие найдут другой вход. – Может их в крематорий? – попытка найти вариант почти идеальная, то что сдохло должно хотя бы сгореть, истлеть в  пепел и быть развеяно по ветру, но Мойра  притащила музыкальные инструменты,- Похоронный марш  играть им что ли? – иронично пошутил Кроссман, не совсем понимая зачем  это нужно, и на всякий  случай  достал  оружие.-  Мне медведь на ухо наступил в  детстве,- музыкальность у  него всегда  хромала, отлично  было  только по физической  нагрузке.
Именно  полиции им сейчас и не хватало, но что то подсказывало Максу, что  вызывав подмогу  они только пригонят сюда завтрак  для  зомби, поэтому  пускай  злыдни ограничатся  только  тем что есть на  кладбище. Сколько  там копателей? Один-два? У зомби диета!
- И как  это нам должно помочь? – стоило поинтересоваться ради интереса, что задумала  девушка, правда  такие  штуки Макс  никогда в руках  не держал, его  любимый  музыкальный инструмент  почки и  печень, вот их  он  отбивает соперникам за милую  душу в потасовках, умеет играть на  ребрах с  переломами, - Куда это вставлять нужно?- и не нужно на него так смотреть, он консерваторию не заканчивал.

0

21

Как провозгласил однажды кто-то из неизвестных, нет ничего более постоянного, чем непредвиденное.
- Может, еще нашествие жаб до кучи, а? – поинтересовался Коллинз у воздуха, периодически кружась в резвом вальсе с камерой, и последовал за своим Мрачным Проводником, который неожиданно возник в другой части кладбища. Такое зрелище стоило того, чтобы похвастаться им перед мисс Давенпорт, а затем выменять на что-нибудь эдакое.
- Не время отчаиваться, – несвязно и, как ему казалось, воодушевляющее воскликнул Нед. Трусом он не был, но это скопление мертвяков его по-настоящему пугало - а вдруг среди них окажется его тетушка Фелисити, которая любила готовить слишком странные для юного неокрепшего желудка блюда. Коллинз замер, не зная, стоит ли бежать в булочную и делать вид, что отряд не заметил потери бойца. Решение было принято в то мгновение, когда один из "атакующих" внезапно принялся лизать рюкзак. "Сожрет, и что я потом делать буду?" - обреченно подумал мужчина и стал проталкиваться сквозь гремящую костями и челюстями толпу.
- Мы еще покажем им раков под красной икрой! - Но нет, времени катастрофически не было, более того, на сцену стали выходить самые буйные "фанаты", которые просто жаждали унести хотя бы кусочек коллинзовской плоти в качестве сувенира.
- Раньше хоть буклетики про Бога пытались всучить, а теперь... - недовольно пропыхтел Нед, продвигаясь вперед и усиленно жестикулируя бровями, которые гневно дергались, но держали себя в руках, если это вообще было возможно.

Отредактировано Ned Collins (20.05.2015 10:22)

0


Вы здесь » Найт Вейл » Прошедшее » Жить вредно, от этого умирают (04.05.2021)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC